Вступил в Российскую коммунистическую партию большевиков в 1918г.
В 30-е годы неоднократно принимал участие в работе сессий высшего органа государственной власти - Центрального исполнительного комитета СССР (ЦИК СССР). Имел мандат члена ЦИК, подписанный М.И. Калининым.
С фронта домой пришло два письма, которые хранятся в семье ополченца.
Из письма Зоренкова Н.З. 17 августа 1941г жене и сыну: «Не скучайте, всех вас целую. Вова, надо начинать подготавливаться и повторять пройденное. Если в деревне есть 5 группа, надо устроиться и учиться.»
2 октября 1941г началась немецкая наступательная операция «Тайфун». 4 октября были захвачены Спаск-Деменск и Киров, 5 октября – Юхнов. В этот же день немецкие войска вышли в район Вязьмы.
Из письма Зоренкова Н.З. 6 октября 1941г: «Погода 5 октября стала очень холодная: ветер и мороз. На фронте все в порядке. Сегодня ночью погонял нас слегка трассированными из пулемета сверху. И кой где сбросил, но все от нас на приличном расстоянии. Здесь чувствуется фронт. … До свидания, всех целую. Пишите письма. Жду ответа…»
Больше известий о Николае Захаровиче не было.
27 апреля 1945г Приказом Главного Управления кадров Народного комиссариата обороны СССР офицер Зоренков Николай Захарович, как пропавший без вести в октябре 1941г в боях против немецко-фашистских войск, был исключен из списков Красной Армии.
Однако волею судьбы родные Зоренкова Н.З. узнали о последних днях своего мужа и отца из письма путевой обходчицы Паршенковой Александры Михайловны:
9-е Марта 1943 года.
Здравствуйте, дорогая гражданочка!
Разрешите передать Вам заветы Вашего мужа Зоренкова Н.З.
10-го Октября 1941 года, в момент подхода немца к Вязьме, Ваш муж был отрезан от своих войск и, пробиваясь к своим, он был ранен в грудь навылет. В бесчувственном состоянии он был пленен и доставлен немецкими солдатами ко мне на квартиру. Они хотели привести его в чувство, но он при них так и не пришел в чувство. Видимо, немцы его хотели о чем-то выпытать, но я надеюсь, что он все равно ничего бы не сказал.
Пришел он в чувство после того, как был взят в плен, через день и немцев уже у меня не было. Я помогала ему чем могла. Теми лекарствами, какими были у меня. Как пришел он в чувство, первым долгом вспомянул Вас и все время, сколько он у меня был, очень часто вспоминал Вас, сына и дочь. Лежал он у меня 3 недели, но сколько я ни старалась поставить его на ноги, нужных лекарств у меня не было, и у него получилось загноение раны. И 9-го ноября 1941 года он скончался. Умер он без страданий, очень тихо в 12 часов дня.
Перед смертью он пришел в чувство и дал мне конверт, на котором он написал своей рукой адрес Ваш и просил описать все Вам. Раньше сегодняшнего дня я не могла написать Вам, так как наша местность была оккупирована врагом, и после освобождения нас, я вспомнила просьбу Вашего мужа и решила написать.
Похоронила я его в кустах около железной дороги на 252-м километре от Москвы по направлению к Дорогобужу около будки путевого обходчика, в которой я живу. Посылаю Вам его конвер, написанный в последние минуты его жизни. Вот и все. Очень соболезную утрату Вашего мужа, замечательный он человек.
Если у Вас выпадет возможность приехать к нам, то найти нас очень просто: доедете до Вязьмы, а там по железной дороге 6 км к станции Гридякино (Дорогобужское направление) и на 252 км на левой стороне будет будка путевого обходчика, и тут я живу.
Адрес мой: Смоленская обл., Вяземский р-н, Гридякинский с/сов. Будка №252. Паршенковой Александре Михайловне
До свидания. Будьте здоровы. Мстите врагам за мужа всем, что в Ваших силах.
PS. Простите меня – по поручению хозяйки Паршенковой А.М. писал Вам, случайно очутившийся в этой будке, лейтенант Тихонов П.Я., так как хозяйка неграмотная.
Писал с ее слов. П.Тихонов.
