Отец Воронин Никанор Андреевич, рабочий-каретник, мать Воронина Ксения Григорьевна - работница на ткацкой фабрике.
1927-1928 - чернорабочий, Отдел новостроительных работ, Западно-Сибирский край, Анджеро-Суджнский р-н
1928-1932 - чернорабочий, подмастерье, зав. отделом, пом. нач. производственного отдела, фабрика им. Балакирева, г. Москва
1932-1934 - отв. исполнитель по кролиководству, Бауманскеий райсовет, г. Москва
1934-1941 - пом. нач. снабжения, отв.исполнитель по отправке материалов, нач. инспекции по отправке нефтепродуктов, Мособлнефтесбыт, г. Москва
В апреле 1942 сослуживцы прислали семье извещение о гибели вместе с вкладышем из смертного медальона.
МОЙ ОТЕЦ
Ноябрь 1941 года, радовались мама и бабушка, читали письмо от папы. Письмо - треугольник на листе из ученической тетради написанное карандашом. Мне было 6 с половиной лет, но я отчетливо запомнил этот момент и содержание этого письма.
В письме отец, пишет, что проезжает через Москву, но зайти повидаться не имеет возможности. Маме сообщает, что если будет совсем плохо, то что бы она обратилась к его другу - директору нефтебазы города Коломны.(Помню, что его отчество было Ермилович). Мне хорошо запомнилась фраза в конце письма "А главное, Тамара, береги детей"
Никто не знал, что в это время отец был убит и лежал в поле в сугробе у деревни Мишуково, около Наро-Фоминска среди 450 таких же московских ополченцев из 1287-го стрелкового полка 110-й стрелковой дивизии, произошло это 20 октября 1941 года.
Немцы стремились захватить стратегически важный узел-город Наро-Фоминск, откуда сразу открывался путь на Москву и появилась возможность войти в тыл Можайской группировке русских.
После прорыва нашей обороны у Боровска, немцы по безлесной равнине, вдоль железнодорожной магистрали танковыми колоннами двинулись к Наро - Фоминску. На этом направлении достаточного количества наших войск не было, чтобы задержать немцев. Ставка Главнокомандования Советских войск срочно решила перебросить 110 стрелковую дивизию из района озера Селигер на этот важнейший участок фронта. Эшелоны с прибывающими подразделениями, начиная с 16 октября, сразу же вступали в бой. Первые разгружались на станции Балабаново, другие на станциях севернее. Полк отца последним из полков дивизии сдал позиции у озера Селигер и прибыл в район высадки 18 октября. Федор Никанорович Воронин, рядовой 1287 стрелкового полка 110 стрелковой дивизии 1 роты 1 батальона вместе со своим подразделением после разгрузки совершил пеший переход (15-20 км) до деревни Мишуково и занял оборону на самом правом фланге наших войск.
Правее деревни Мишукова был большой лесной массив. Дивизия перекрыла все танкоопасные направления от железной дороги и реки Нара до лесного массива.
Силы были неравные. Со стороны немцев наступала полнокровная 258 пехотная дивизия, усиленная 60 танками. Кроме того немцы усиленно использовали авиацию, наша ополченская дивизия имела устаревшее вооружение, слабую противотанковую артиллерию, а танков и вовсе не имелось. Кроме того тылы дивизии еще не прибыли.
Бой длился трое суток и закончился 20 октября, когда немцы подтянули резервы и свежие танковые части. Обычно немцы начинали наступление с флангов. Так и тогда, они нанесли основной удар на наш правый фланг, где занимал оборону 1281 полк, наиболее отдаленный от командных и тыловых связей. Там разгорелся наиболее ожесточенный бой с максимальными нашими потерями. Устоять плохо вооруженным бойцам на неукрепленном рубеже против танков было невозможно. Немцы прорвали оборону и смяли дивизию, остатки её отошли за реку Нара (река уже была скована льдом) и к Наро-Фоминску.
В этот решающий для Москвы период обороны на Наро-Фоминском направлении, главным фактором оказалось время(счет шел не только на сутки, а даже на часы). Дивизия выполнила свою задачу и на трое суток задержала немецкое наступление. За это время время свежие части (сибирская 222 дивизия и другие подразделения) заняли подготовленные оборонительные рубежи вдоль реки Нары и около Наро-Фоминска. Наро-Фоминск немцы так и не взяли, линия фронта впоследствии в течение 1,5 месяцев проходила по центру города, а за Можайскую линию обороны, вдоль реки Нары, немцы не продвинулись. Можно считать, что на этом рубеже закончилось их наступление, натолкнувшись на мужество москвичей-ополченцев.
В 110-й дивизии из 7500 человек в живых осталось только 1500, которые сумели выйти по льду через реку Нара. Родственникам оставленных на поле боя солдат и офицеров в декабре прислали похоронки с короткой надписью "Без вести пропал". В декабре мы тоже получили такую похоронку, но тогда мы уже знали, что отец погиб. Дело в том, что один из 6 сотрудников, вступивших в ополчение, из конторы Главнефтесбыта, был ранен в этом бою и его успели эвакуировать до финальной фазы боя. Вот он то после госпиталя пришел на работу и все рассказал об этом бое и подтвердил, что остальные ополченцы погибли в этом бою. Нам стали платить пенсию, несмотря на извещение "без вести пропал", а Главнефтесбыт еще целый год платил нам папину зарплату.
Немцы своих погибших собрали и аккуратно захоронили по своим стандартам, а наших никто не убирал, даже после изгнания немцев в результате декабрьского наступления 1941 года. В марте-апреле 1942 наших все-таки нашли и захоронили в братских могилах. В конце апреля 1942 года мы получили извещение-похоронку с сообщением о героической смерти рядового Воронина Федора Никифоровича. Вместе с извещением мы получили бумажку из медальона смерти. На бумажке не все слова были разборчиво видны. Хорошо был виден адрес, а хуже всего было видно отчество «Никанорович», которое при желании можно было прочитать как и «Никифорович». Отчество оказалось наиболее поврежденным от сырости и поэтому военному военнослужащему, оформлявшему извещение, показалось "Никифорович" вместо "Никанорович". Так эти документы и ушли и с тех пор Воронин Федор Никанорович числится как без вести пропавший.
В деревне Мишуково существовала братская могила с останками 450 бойцов-москвичей до тех пор, пока существовала эта деревня, потом деревню ликвидировали, и она исчезла с географических карт и памяти. Братскую могилу перенесли в мемориал в деревне Рождество Наро-Фоминского района Московской области. В мемориале похоронены 128 бойцов, погибших в боях в октябре 1941 года. Мемориал хорошо оформлен, и фамилии всех 128 героев нанесены на каменные плиты. Прах упомянутых 450 бойцов, перенесенный из деревни Мишуково, захоронен позади мемориала в могиле размером 10х10 м. На могиле установлен крест, фамилии 450 бойцов не указаны. О месте захоронения отца в этом мемориале мы узнали только в прошлом году через интернет на сайте Мемориала. (Воронин Валентин Федорович, Бессмертный полк)
