Письмо Бубнова М.И. (в октябре 1941 г. – начальник штаба 37 сп 13 ДНО) жене Губайдуллина З.Г.
25.5.42
Уважаемая т. Губайдуллина!
Сегодня получил от вас письмо.
Прошу извинить, хотя я послал два письма, и то у меня Ваш адрес, повидиму, был неточный, и только встретившись в части, где я работаю с тов. Гроновским <правильно – Грановским>[1], последний мне сообщил ваш адрес, по которому я написал вам письмо и ждал ответа.
С вашим мужем я работал вместе, то есть с начала войны.
Мы выехали из КУКС «Выстрел» в Москву и так продолжали до начала боя.
В лице Вашего мужа я знал прекрасного волевого командира, а больше всего как прекрасного товарища – я работал начальником штаба полка. 2 сентября[2] мы стояли на Днепре. Вовремя одного из боев на одном из флангов с одним б[аталь]оном ваш муж вместе с комиссаром т. Сутягиным пошли руководить боем. Я оставался на командном пункте полка и управлял боем оставшегося полка.
3 сентября он прибыл на командный пункт, я получил от него указания, и сам обратно уехал на фланг, где он лично руководил боем.
К вечеру группа была отрезана немецкими войсками, и после я его не видал, что с ним, какие последствия, лично я не видал, так я оставался управлять оставшимися людьми.
По словам прибывших 2 командиров, одного работника штаба дивизии и танкиста, прибывшего с донесением о положении участка, где находился ваш муж, доложили, что командир полка т. Губайдуллин убит, а военком т. Сутягин ранен, о котором я еще получил подтверждение из полкового медпункта, что он эвакуирован в полевой госпиталь. О дальнейшей судьбе его не знаю.
У меня до сих пор никак не укладывается в мысли о смерти вашего мужа.
Теперь есть два предположения или да, как заявили товарищи, которые вместе с ним были в бою, и второе – мог остаться вести борьбу в тылу врага, а у него на это способности большие.
Я оставался после вести борьбу в тылу и только в ноябре месяце соединился с частями Красной Армии.
Старых сослуживцев в полку, в котором служил я и ваш муж, я почти никого не встречал. Жена помощника ком. полка т. Бронштейн, которая работала в штабе дивизии, мне прислала письмо, что ее муж был сожжен в горящей избе, послал ей два письма, ответа не получил, как будто – обратно выехал на фронт.
Буду стараться, если удастся, подробно узнать через товарищей, я сразуже напишу. Через остальные органы в силу ряда причин, и обстановку, сложившуюся во время боя, установить очень трудно, так как часть, где работал ваш муж, сейчас не существует.
Уважаемая Загита[3], я сознаюсь, что вам очен больно и тяжело переносить, переживать дни, когда неясно положение.
Мне до сих пор самому неверится, но вместе с тем обстановка, в которой мы проводили бой, была очень сложна.
Что будет известно вам, прошу написать. Я со своей стороны постараюсь принять меры и, что будет мною установлено о вашем муже, я сразу же сообщу. Я вам написал все, как было в действительности.
До свидания,
Уважающий вас Бубнов М.И.
Адрес:
ППС 173, штадив 1 отделение
P.S. Передайте привет т. Сутягиной, если она проживает в г. Уфа.
Из воспоминаний родственников:
Донецкий горняк. Призван в армию с Дона. Был командиром взвода.
В 1938 году назначен командиром полка города Стерлитамак, там женился на Сагиде Ибрагимовне (девичья фамилия неизвестна). Там же родились дети – сын и дочь.
Кадровый военный, семья истинных коммунистов это отразилось даже на именах детей. Старший сын Индус (Индустриализация страны) – 1930 г. и средняя дочь Вилена (В.И. Ленин) – 1932 г.
После рождения детей семья переехала в Уфу. Живя в Уфе, прадед ездил в Москву, окончил там московскую пулемётную школу и был назначен командиром уфимского полка. 5 ноября 1938 года родился третий сын Мэлс (Маркс, Энгельс, Ленин, Сталин).
В Финскую войну (с 30 ноября 1939 по 13 марта 1940) воевал в Финляндии и по окончании войны был награждён «Орденом Красного знамени» за личную храбрость.
В июне 1941 поехал из Уфы в Москву на вручение ордена. Известие о начале второй мировой войны застало его на обратной дороге домой в Куйбышево (Пермь)[4], и он сразу вернулся в Москву, с семьёй больше не встречаясь.
В Москве был назначен командиром полка народного ополчения завода «Калибр», позже 37-го стрелкового полка 13-й стрелковой дивизии (13-й Ростокинской дивизии народного ополчения). Комиссаром ополчения назначили главного инженера завода Михаила Сутягина. На места рабочих за станки тогда встали женщины жёны и дочери работников.
В одном из боёв за Москву (у Вязьмы) комиссар Сутягин был ранен и отправлен в тыл, но немцы, прорвав оборону, взяли его в плен. Прадед Загит был сильно ранен и погиб смертью храбрых 4 октября 1941 года в бою у Днепра.
Похоронка семье не приходила ещё до 1947 года, семья не получала пособие по потере кормильца, а прадед считался без вести пропавшим, так как подтвердить его смерть было некому. Примечание из рассказа бабушки Вилены: Комиссаров немцы расстреливали на месте. Немцы обычно говорил выдать комиссара, а тем, кто на это шёл, давали поблажки.
Сутягин переоделся в форму простого солдата и с серьёзным ранением ноги попал в плен к немцам. Солдаты, знавшие, что он комиссар, его не выдали. Значит, человек был достойный, раз никто не решил грех на душу взять. Сам Сутягин рассказывал, что он трижды пытался бежать, но его ловили на территории Украины и выдавали обратно.
В 1947 году прабабушка Сагида получила письмо от Сутягина, который из немецкого плена попал в советский лагерь передержки военнопленных в Алкино под Уфой. Не испугавшись возможных последствий (могли обвинить в содействии врагу народа, например) Сагида вытащила Сутягина. Примечание: С помощью прошений к председателю кабинета министров Башкирской ССР Ибрагимову, на основе личных показаний Сагиды, знакомых и личного поручительства, что знают Сутягина, как честного коммуниста, бывший комиссар раненный в бою был реабилитирован. На основе свидетельств его показаний и показаний ещё одного сослуживца, (обязательно 2 свидетеля) прадеду Загиту оформили свидетельство о смерти во время боя, и только тогда выдали похоронку, а семья прадеда жена и трое детей стала получать пособие.
В 60-е годы прадед мелькает в хронике о Великой Отечественной Войне, и затем в нескольких документальных фильмах. На снимке он, как командир полка ополчения, записывает первого добровольца. (Кстати, этот доброволец выжил). Тело Губайдуллина Загита Губаевича похоронено в селе Кнежино[5] Смоленской области.
[1] И.Я. Грановский, в октябре 1941 г. - красноармеец 13 ДНО, в мае 1942 г. служил вместе с М.И. Бубновым в 19 сд.
[2] Здесь и далее речь идет о событиях октября 1941 г.
[3] Правильно – Сагита.
[4] Г. Пермь ранее назывался г. Молотов. Возможно, речь идет о г. Самаре, ранее – г. Куйбышев.
[5] Правильно – Княжино.
В память о Губайдуллине Загите Губаевиче в Парке Победы в поселке Холм-Жирковский посажено дерево.
