Воспоминания Брагина В.Г.

Автор Брагин Василий Георгиевич

Для Главной редакции «Истории Отечественной войны»

Статья начальника штаба 110 сд подполковника В.Г. БРАГИНА
(в прошлом начальника штаба 1291-го сп)

[I]   Строительство оборонительных сооружений и первый период боевой подготовки в Смоленской области 

(в июле - августе 1941 года)

В Смоленскую область части дивизии прибыли 14 июля. Дивизия была на­правлена сюда для проведения инженерных работ по строительству оборон­ных сооружений. Первоначальное задание состояло в следующем: у истоков Днепра дивизии было приказано сделать противотанковый ров. Полки в пол­ном составе приступили к оборонительным работам. Дивизия находилась в Андреевском районе Смоленской области, а штаб дивизии - в районном центре Андреевском.

Работы проводились на протяжении нескольких километров по берегу Днепра - в глубину на 3 метра и в ширину на 4 метра. Подразделения были полностью укомплектованы. Норма на одного бойца была установлена в 4 кубометра. Первоначально ее выполняли процентов на 50. В первое время бойцам всех полков было трудновато, особенно москвичам. Люди до этого десятки лет не занимались физической работой, но постепенно втягивались в нее, и вскоре норма в основном выполнялась всеми бойцами.

На этом рубеже работы закончены не были, и в конце июля дивизия была переброшена в Сычевский район Смоленской области для создания противо­танкового рва по реке Вазузе. Однако и здесь пребывание дивизии было кратковременным, и вскоре части дивизии были переброшены снова в Андреев­ский район для рытья противотанкового рва по реке Днепр и непосредственно в открытой местности. Наряду с противотанковыми рвами ополченцы рыли окопы, пулеметные гнезда, площадки для дзотов, эскарпы. В кратчайший срок на основе развернувшегося соревнования нормы землекопов выполнялись с превышением.

В конце июля бойцам дивизии было выдано впервые оружие. Дивизия по­лучила французские винтовки и с ними начала боевую подготовку. В первых числах августа дивизия была переброшена в Новодугинский район Смолен­ской области. В третьем полку, например, второй батальон, возглавляемый тов. Силаевым, продолжал рыть противотанковый ров по реке Вазузе. Осталь­ные батальоны (первый - Московский и третий - Егорьевский) сооружали дзоты.

Дивизия стала вплотную заниматься боевой подготовкой, хотя окопные работы по реке Вазузе и сооружение боевых точек продолжались в этот период. В Смоленской области части дивизии находились до 10 сентября.

Как проходила боевая подготовка в первый период?

Бойцы изучали материальную часть, занимались строевой и тактической подготовкой в объеме действий одиночного бойца, отделения и взвода как в наступлении, так и в обороне.

Средний командный состав в первый период существования дивизии со­стоял из выпускников военных школ. Практического опыта эти товарищи не имели. Им впервые пришлось обучать людей строевой и боевой подготовке. Конечно, у них не было и никакого практического боевого опыта. Практиче­ский опыт имели работники штабов полков и командиры батальонов. Рядо­вой состав в большинстве своем состоял из необученных военному делу людей. Бойцы с жадностью осваивали военное дело и с большим интересом занима­лись военной подготовкой. Первый период, когда еще работы по сооружению противотанкового рва и других оборонительных сооружений продолжались 8-10 часов, на боевую учебу удавалось выделить 2-3 часа. Затем учебой стали заниматься больше - до 12 часов в день. Люди постепенно втягивались в воен­ную жизнь. Сравнительно быстро привыкли к пешим маршам. Однажды при­шлось пройти пешком сразу 38 километров. Этот марш был преодолен сравни­тельно хорошо.

Когда дивизия стояла в Новодугинском районе, из Генерального штаба РККА приехал генерал-майор тов. Пронин с целью поверки боевой подготовки диви­зии для использования ее на фронте. После смотра всех полков генерал-майор Пронин дал им вполне удовлетворительную оценку.

Боевая подготовка первого периода страдала рядом существенных недостатков. Как указывалось выше, несомненно, на качестве подготовки сказалась неопытность среднего командного состава. Кроме того, в связи с большим объемом работ по оборонительным сооружениям программа боевого обучения была пройдена не полностью. В частности, не был освоен один из важнейших элементов боевой подготовки - слаженность действий небольших подразделе­ний в тактической подготовке, что, конечно, не могло не отразиться и частично отразилось на первых боевых операциях дивизии.

На примере 3-го (ныне 1291-го) полка можно вспомнить, как отдельные ба­тальоны проходили боевую подготовку. Лучше всех шел второй батальон (Щел­ковский). Он был на первом месте во время строительства оборонительных сооружений. Программа этим батальоном выполнялась своевременно. Шел он на первом месте и по боевой подготовке и т.д. Выправился вскоре и пер­вый батальон, состоявший преимущественно из москвичей. Первоначально им командовал капитан Хаиров. В дальнейшем во главе батальона был назначен инициативный командир Федоров.

Незадолго перед переброской дивизии на озеро Селигер полки дивизии были полностью перевооружены. Бойцы получили наши отечественные винтовки и частично автоматы.

[II]   Бои у озера Селигер (сентябрь - начало октября 1941 г.)

Строительство оборонительных сооружений и боевая подготовка продолжались до 8-10 сентября. К 10 сентября дивизия (перешедшая в середине августа из 49-й в 31-ю армию) получила приказ двинуться в Калининскую область. Переброска дивизии была совершена по железной дороге. Полки дивизии разгрузились на станции Кувшиново и отсюда пешим маршем пошли к озеру Селигер.

Здесь протяженность расположения полков дивизии достигла 40 километров, причем 1287-й полк все время находился на строительстве оборонительных сооружений; 1291-й полк был передан в оперативное распоряжение 27-й армии, и только 1289-й полк принимал участие в боевых действиях.

Характер оборонительных сооружений в 1287-м сп ничем новым по сравнению с такими же работами в Смоленской области не отличался. 1291-й сп проводил работы по указанию командования 27-й армии по берегу озера Селигер. Лишь одна рота 1291 -го сп (первая рота первого батальона) принимала участие непосредственно в боях на левом крыле 27-й армии.

Впоследствии, 10-12 октября, когда полк вместе со всей дивизией был пере­брошен под Боровск, эта рота осталась на рубеже озера Селигер и приехала под Наро-Фоминск уже с тылами 1291-го сп.

Таким образом, только 1289-й сп принял непосредственное участие в боевых операциях у озера Селигер.

8-9 октября дивизия получила приказ перейти с занимаемых ею рубежей в район по направлению к Ржеву для занятия обороны в укрепленном районе.Дивизия двинулась пешим маршем по направлению к Ржеву и, дойдя до населенного пункта Ельцы, получила приказ возвращаться обратно в город Селижарово Калининской области, погрузиться там в вагоны для переброски на дальние подступы Москвы.

[III]   Справка о боевых действиях 1289-го сп у озера Селигер

(составлена одним из старых работников штаба полка тов. Морозовым)

С переходом полка на новые места в Калининскую область, в район озера Селигер, закончился период строительства оборонительных сооружений. На­чался новый период непосредственных стычек и боев с противником, период обороны на большом участке у озера Селигер.

Штаб полка в тот период находился в деревне Красуха; первый батальон - у деревни Турская, третий батальон - у деревни Заплавье, Залучье и Петровщина. Местонахождение второго батальона точно не помню. По-моему, он находился в резерве.

Местность во всех этих местах чрезвычайно пересеченная и изобилует из­вилинами. Сообщение между отдельными подразделениями было чрезвычайно затруднено. Полк не имел в своем распоряжении достаточного количества телефонного имущества, чтобы связаться со всеми подразделениями. Связь поддерживалась путем организации пешей эстафетной связи на расстоянии почти 10-12 километров.

Такое положение приводило к тому, что донесения из подразделений поступали неаккуратно, и штабы полка и батальонов не всегда были в курсе обстановки военных действий подразделений и не смогли поэтому оперативно руководить своими подразделениями, а также оказывать им своевременную поддержку.

До нашего прихода враг чувствовал себя свободно. Обозы противника шли без охранения. Так же было и в первые дни нашего прихода. Но наши разведчики заставили противника быть настороже. Здесь произошли первые разведки боем.

Первые стычки произошли в районе деревни Залучье. В обороне здесь на­ходилась 8-я рота 1289-го сп. Противник двинулся на эту деревню силами не­большой группы, но наши бойцы и командиры взвода, будучи еще не обстре­лянными, не удержались и отступили. Сказалось то, что небольшая горсточка еще не обстрелянных бойцов была предоставлена самой себе.

Более значительные операции и стычки происходили в районе деревни Турская. Здесь, по существу, полк получил боевое крещение; его подразделения действовали разрозненно без должного руководства и имели временами ненужные излишние потери, порой значительные.

Вопросы организации питания были чрезвычайно затруднены вследствие разбросанности полка. Хозяйственникам полка приходилось проявлять большую инициативу и находчивость, чтобы бесперебойно снабжать боевые подразделения полка продуктами. В целом они в тот период со своей задачей справились довольно удовлетворительно. В частности, хозяйственники 3-го батальона своими силами отремонтировали баркасы, полученные от кожевенного завода в гор. Осташкове, и ежедневно баркас, груженный продуктами и боеприпасами, отправлялся в расположение батальонов.

Справка о действиях дивизионной разведки в районе озера Селигер

Первые орденоносцы дивизии - разведчики. Разведчики проявляли себя активно у озера Селигер.

Командир роты разведки дивизии Давид Герасимчук, награжденный за время пребывания в дивизии двумя орденами Красного Знамени, а затем на­правленный на учебу в Военную академию им. Фрунзе, рассказал о нескольких эпизодах боевой деятельности разведроты следующее:

- Это было в конце сентября. Я получил задание с наступлением темноты отправиться на 15-18 километров в тыл противника. Вместе с политруком сво­его подразделения тов. Беликовым я отобрал для этой операции лучших сме­лых и отважных разведчиков.

Наступили сумерки. 20 человек, вооруженных винтовками и гранатами, двинулись в поход. Впереди шли я и политрук Беликов. Через лесок спустились к озеру Селигер. В этот вечер озеро бурлило, был сильный ветер и волны с шумом подкатывались к берегам.

Одна за другой направились к противоположному берегу лодки. Волны сильно качали их и переливались через борта, но уже минут через сорок разведчики причалили к берегу. Предстояло идти пешком еще часа полтора. В это время взошла луна, да и немцы, боясь темноты, зажгли стог сена. Разведчики и раньше часто наблюдали этот маневр немцев, боявшихся ночных нападений партизан. Пришлось пробираться ползком.

В ста пятидесяти метрах от деревни решили ждать до утра, и как только наступила утренняя заря, подползли к деревне. Неожиданно из хаты вышел немец. Он нес ведро картошки. Увидев наших, попятился назад, хотел позвать своих на помощь. Разведчик Денисов выскочил вперед и бесшумно его уничтожил. Мы подошли к хатам. Там спали фашистские солдаты. Разведчики бросили в избы несколько гранат. Все немцы были уничтожены. Услыхав взрыв гранат, выскочили из хат немцы, расположившиеся на другой окраине деревни. Они решили пойти в обход нам и отрезать возвращение к переправе.

Но пока немцы бежали в обход, мы, отстреливаясь, шли по прямой линии и успели переправиться на другой берег раньше, чем подошел противник. Вечером в тот же день, не успев хорошо отдохнуть, мы двинулись в новую разведку тоже в тыл противника, через озеро, только левее, чем накануне.

Часам к двенадцати подошли к деревне. Опять светила луна, опять немцы подожгли сено. Обстановка напоминала картину предыдущей ночи. Правда, тут был лес и лесная дорога, по которой должны были пойти немцы, и это соз­давало большие удобства для засады.

Я послал разведку, которая установила, что в деревне сконцентрировано значительное количество немцев. Там находились также 3 танка и 3 зенитных установки.

Когда рассвело, мы залегли в засаду. Скоро на лесной дороге показалась колонна немцев. Впереди шел дозор. Мы пропустили его. Сейчас предстояло ударить по противнику. Показалась первая группа немецкой пехоты. Мы предполагали, что их не более 30, а в колонне оказалось до 50 человек. Это был отряд эсэсовцев. Наших было всего лишь 20 человек. Силы были неравные. Разведчик Куликов размахнулся и бросил в первые шеренги гранату. Шести фашистов как не бывало. Остальные бросились врассыпную. Мы стали бросать в них гранаты.

В это время по лесной дороге подошел новый отряд гитлеровцев, а за ним и третий. Они рассыпались по лесу. Решили брать нас в обход. Мы стали отхо­дить. Вышли из леса на полянку, и тут разыгрался бой. 20 против 100!

Немцы решили загнать нас в болото. Но через болото как раз и лежал един­ственный путь спасения, путь к переправе.

Разведчики пошли по болоту. Немцы от нас отстали сразу. Так, по болоту, пробирались несколько часов. Когда подошли к озеру в том месте, где была пе­реправа, я выслал вперед двух бойцов - Потапова и Ермолаева, которые обна­ружили здесь в кустах двух немецких автоматчиков. Немцы сидели и разгова­ривали. Потапов подкрался к тому, который был от них ближе, и уничтожил его. Второй струсил и убежал. В это время наших бойцов заметили два немецких пулеметчика. Они сидели в кустах невдалеке и тоже стерегли переправу. Нем­цы пустили пулеметную очередь. Но тут подошли мы, и командир отделения Богачев, увлекая за собой остальных, бросился вперед. Немцев забросали гра­натами и перешли на другой берег.

Записал А. Шинберг

НА ИРИ РАН. Ф. 2. Раздел I. Оп. 27. Д. 18.