Автор: Секачев Алексей Яковлевич (1906-1975), в 1941 году первый секретарь Ленинградского райкома ВКП(б) г. Москвы
Ленинградский район крупнейший промышленный район Москвы. До войны здесь трудились тысячи рабочих и служащих. Весть о злодейском нападении фашистских агрессоров на нашу Родину наполнила их сердца гневом, вызвала огромный прилив патриотических чувств.
В первые же недели войны в райком партии и первичные партийные организации предприятий, учреждений и учебных заведений начали поступать сотни, тысячи заявлений от коммунистов и беспартийных о добровольном зачислении их в ряды Красной Армии. Советские люди горели желанием с оружием в руках защищать свою Родину от захватчиков. По призыву Центрального Комитета партии по всей стране развернулась работа по созданию народного ополчения, которое должно было оказать немедленную помощь фронту. То же самое происходило и в нашем, Ленинградском районе. Формированием ополченской дивизии руководила чрезвычайная тройка, возглавляемая первым секретарем райкома партии.
В ополчение шли люди различных профессий и возрастов – рабочие, служащие, ученые. Многие из них имели освобождение по болезни или бронь (освобождение от службы в рядах Вооруженных Сил по какой-либо необходимости (производственной, служебной и т.п.) Прим. Ред.). Однако они не считались с этим. Вот что говорил на митинге один из лучших рабочих фабрики «Ява» А. Яковлев: «Так как я снят с военного учета, то иду добровольцем в народное ополчение. Призываю товарищей последовать моему примеру».
Первыми вступали в народное ополчение ведущие производственники, мастера, квалифицированные рабочие, служащие. На 2-м часовом заводе в ополчение за писалось 250 рабочих и служащих. Рабочие холодильника № 7 и артели «Возрождение» Г. Глебов и Поздняков пришли в ополчение вместе с сыновьями. Не отставала и интеллигенция. Ополченцами стали, например, доцент кафедры марксизма-ленинизма 2-го Московского педагогического института иностранных языков Мамаев, преподаватель той же кафедры Игнатенко, кандидат педагогических наук Певкин, заведующий кафедрой марксизма-ленинизма Московского авиационного института имени Серго Орджоникидзе А. Логинов, работник аппарата РК ВКП(б) Н. Громов и многие, многие другие.
12 тысяч лучших своих сынов послал район в дивизию народного ополчения. На две трети она состояла из квалифицированных рабочих крупнейших предприятий. Здесь встречались и молодые парни, впервые взявшие в руки винтовку, и старые солдаты участники первой мировой или гражданской войн. 15% общего числа ополченцев составляли коммунисты. Много было и комсомольцев. Коммунисты и комсомольцы стали душой дивизии.
B то время райком партии стал своеобразным мобилизационным штабом. Он резко перестроил свою работу. Отдел кадров занимался подбором политработников, другие отделы уточняли списки ополченцев и распределяли их по частям, а промышленный отдел проверял выполнение решений чрезвычайной тройки о мобилизации материальных средств. Дивизия обеспечивалась вооружением и различным снаряжением, необходимым в условиях армейского быта. Предприятия района изготовили для нее 12 тысяч комплектов нижнего белья, верхней одежды, пилоток, 5 ты- одеял, 8 тысяч лопат, 12 тысяч патронташей, большое количество подсумок, поясных ремней, обмоток. Дивизию снабдили походными кухнями, котелками, цистернами для воды, бидонами, кружками. Ополченцам передали 92 грузовых и 10 легковых автомашин, много мотоциклов, 328 велосипедов. Кроме того, в дивизию были направлены учебный инвентарь, лопаты и другое имущество, а также музыкальные инструменты и библиотечка художественной и политической литературы. В оснащении дивизии принимали участие почти все предприятия района.
Для пунктов сбора ополченцев райком выделил 14 школ и клубов. Их хозяйственное оборудование тройка возложила на фабрики «Большевик», «Ява», Авиационный институт имени Серго Орджоникидзе и др. За два дня в эти помещения доставили кровати, постельные принадлежности, посуду – все, что требовалось для временных казарм.
И вот бойцы народного ополчения стали стекаться на свои сборные пункты. Из Москвы дивизию направили в Красногорский лагерь, чтобы там завершить ее формирование и приучить личный состав к походной жизни. Десять дней, с 10 по 19 июля, полки находились в лесах в районе Ангелова и Черная Опалиха. А через две недели со дня своего создания дивизия получила первое боевое задание строить оборонительный рубеж в районе Волоколамска.
Дивизия хорошо справилась с заданием. Тем самым она оказала существенную помощь фронту. Кадровые части Красной армии освобождались для ведения боевых действий. Строительство оборонительных рубежей позволило многим ополченцам научиться работать лопатой. В дальнейшем это очень помогло им в боях с немецко-фашистскими войсками.
Здесь, под Волоколамском, в конце июля 1941 г. в жизни дивизии произошло важное событие. Дивизия приняла военную присягу на верность своей Родине, советскому народу, великому делу Коммунистической партии. Ко дню принятия присяги представители района привезли дивизии знамена: одно от Московского городского комитета ВКП(б), другое от трудящихся Ленинградского района. Знамена, учрежденные районом, были вручены и всем трем полкам. В начале августа 18-я ополченская дивизия Ленинградского района была переброшена на другой рубеж. который находился в 15 километрах юго-западнее Вязьмы. Теперь линия обороны проходила ближе к фронту. А 1 сентября дивизия прибыла в район озера Бытош, на левый фланг Западного фронта. Ей отводилась новая роль: она составляла второй эшелон действующей армии. Таким образом, через два с половиной месяца после своего созданная дивизия стала обычным воинским формированием и вошла в состав регулярных частей Красной Армии.
Вскоре 18-я ополченская дивизия заняла рубеж обороны на волоколамском направлении между 316-й Панфиловской и 78-й дивизиями. Ополченцы учились воевать у своих опытных соседей. Прошло немного времени, 18-я ополченская дивизия стала одной из лучших пехотных дивизий Красной Армии. За мужество и героизм, проявленные бойцами и командирами в борьбе с фашистскими оккупантами, дивизия в числе первых десяти получила наименование гвардейской. Она стала называться 11-й гвардейской дивизией. Дивизия мужественно сражалась на подступах к Москве в октябре и ноябре, умело действовала в декабрьском наступлении. А через месяц в составе 16-й армии освободила Сухиничи.
В феврале 1942 г. четыре района Москвы – Свердловский, Фрунзенский, Киевский и Ленинградский - послали своих делегатов в 16-ю армию. Посланцы столицы привезли бойцам много подарков. Делегаты Ленинградского района направились, разумеется, в «свою» 11-ю гвардейскую дивизию, полки которой в то время занимали фронт перед опорным пунктом Попковом. Наш приезд совпал со знаменательным событием – вручением дивизии гвардейского знамени. Мы горячо поздравляли гвардейцев, обнимали их. Сколько произошло тут радостных встреч! Ведь не так давно вместе работали на заводах, учились в институтах.
Среди тех, с кем мне пришлось побеседовать, был лейтенант А. Астахов. До войны А. Астахов работал установщиком фрезерных станков, считался неплохим мастером. В ополчение он пошел рядовым, хорошо проявил себя в трудных боях, стал командовать взводом. Он с такой жадностью расспрашивал меня о родном заводе, что я не выдержал и спросил:
– Истосковался?
– Да как же, Алексей Яковлевич!..
– После победы возвращайся, с распростертыми объятиями встретим!
– По правде сказать, еще подумаю. К станкам тянет, но как представлю все, что мы с июля пережили, армия тоже дорога.
Выступая от имени делегации, я рассказывал бойцам и командирам о том, что трудящиеся района гордятся боевыми подвигами своей дивизии, что рабочие считают за честь получить звание гвардейцев трудового фронта. С 11-й гвардейской дивизией у жителей Ленинградского района установилась тесная связь. Райком, заводские коллективы и учреждения постоянно переписывались с ее бойцами и командирами. Те, кто приезжал из дивизии в Москву, всегда чувствовали наш радушный прием. Возвращаясь на фронт, они обязательно рассказывали воинам, что нового «дома».
Дивизия прошла боевой путь от Подмосковья до границ Германии. К концу войны 22 человека из ее состава получили звание Героя Советского Союза. Многие сотни бойцов имели ордена и медали.
Источник: Народное ополчение Москвы. – М.: Московский рабочий, 1961. С. 29-33.